Гости в открытых экипажах отправились к Ипатьевскому монастырю.
Впереди императора в коляске, в русской упряжке, ехал костромской губернатор П. П. Стремоухов, отвечая на возникающие вопросы. По всему пути следования от пристани до Ипатьевского монастыря, шпалерами были выстроены следующие войсковые части: 13-й лейб-гренадерский Эриванский полк, 183-й пехотный Пултусский полк, пятая сотня 1-го Кизляро-Гребенского казачьего полка, рота 25-го саперного батальона, один взвод от 6-й батареи 46-й артиллерийской бригады и чины управления Костромского уездного воинского начальника с взводом конвойной команды.
Весь прилегающий к Ипатьевскому монастырю громадный луг, за линией войск, был буквально запружен многотысячными толпами народа. И во все время следования царского кортежа могучее, громовое «Ура!» раздавалось с одного конца луга до другого.
Из Троицкого собора двинулся торжественный крестный ход во главе с архиепископом Костромским и Галичским Тихоном в сопровождении духовенства, несшего монастырские святыни и священные реликвии, и остановился во вратах исторической Зеленой башни. Среди прочих здесь находились «правопреемники» и потомки членов Великого Московского посольства 1613 года: преосвященный Димитрий, епископ Рязанский, наместник Чудова монастыря, келарь Свято-Троицкой Сергиевской лавры, архимандрит Московского Новоспасского монастыря, протоирей Московского Архангельского собора, протоиерей Московского Благовещенского собора, протоиерей Никольского собора города Зарайска, обер-гофмейстер граф С. Д. Шереметев, сенатор В. Я. Бахтеяров, камергер М. Н. Головин и коллежский советник Усов. Духовные лица из числа правопреемников, архимандриты и протоиреи держали исторические реликвии бывшего «Великого посольства «с Москвы на Кострому»: запрестольный крест, запрестольную икону Богоматери, громадный выносной церковный фонарь, сделанный из слюды, обложенной резным оловом, и посох царя Михаила Федоровича. Все эти драгоценные предметы были оставлены в Костроме членами вышеупомянутого посольства, царский же посох прислан был впоследствии самим Михаилом Федоровичем из Москвы.
У ворот Зеленой башни находились все члены Комитета для устройства празднования 300-летия дома Романовых во главе с председателем А. Г. Булыгиным.
По правую сторону Зеленой башни вдоль по ограде монастыря, были размещены волостные старшины, выборные от крестьянского населения и должностные лица крестьянского управления Костромской губернии. Здесь же в конном строю была построена сотня Кизляро-Гребенского полка, с трубачами — в своей парадной форме: в черкесках, голубых бешметах, косматых папахах, с голубыми башлыками за плечами. Трубачи были выстроены со своим Георгиевским штандартом. Строй кизляро-гребенцев, сидевших на кровных кабардинских конях, имел очень внушительный вид. Неукротимая отвага и энергия светились в этих загорелых на жарком солнце Персии лицах. Здесь находилась полная сил, отборная гребенская молодежь, кровные сыны Терского казачества, его славные представители.
Высочайший кортеж приблизился к стенам Ипатьевского монастыря, трубачи заиграли торжественную встречу. Император поздоровался с гребенцами. Раздался громовой, восторженный ответ, сменившийся национальным гимном и могучими кликами «Ура!». Император прошел по фронту выстроенной сотни и поблагодарил за службу. А затем направился к вратам Зеленой башни, где уже находился архиепископ Тихон с духовенством: протопресвитером военного и морского духовенства о. Георгием Шавельским, духовником их Императорских величеств о. протоиереем Николаем Кедринским, архимандритом Николо-Бабаевского монастыря о. Виссарионом, четырьмя протоиереями Костромского Успенского кафедрального собора — о. Павлом Крутиковым, о. Николаем Краснопевцевым, о. Александром Виноградовым и о. Сергием Воскресенским, игуменом Ипатьевского монастыря иеромонахом Никодимом и четырьмя иеромонахами того же монастыря. Владыка Тихон приветствовал гостей речью
Государь и государыня с детьми приложились к Святому кресту, к иконе Феодоровской Бoжиeй Матери, находившейся на руках епископа Рязанского Димитрия, и приняли благословение от владыки Тихона.
Державный потомок скромного отрока, могущественный повелитель многомиллионной империи, смиренно преклонял главу перед той же самой иконой Пречистой Заступницы и Покровительницы рода Романовых, перед которой возносил свои мольбы о помощи в трудную минуту и юный первый венценосец из Дома Романовых.
Приложившись к Святому кресту и иконам, процессия проследовала через ворота Зеленой башни к Троицкому собору.
Государь обратил внимание, что в связи с тем, что в Ипатьевском монастыре помещается епархиальный свечной завод, по сторонам пути следования всё пространство внутри стен было занято громадными лотками с белоснежными восковыми стружками, отбеливающимися под действием воздуха и света.
Около Троицкого собора, в Ипатьевском монастыре собрались: члены императорской фамилии, министры, во главе с председателем совета министров, придворные дамы, придворные чины и кавалеры, лица свиты Великих княгинь и Великих князей.
Государыня с наследником проследовали прямо в Троицкий собор, а государь с дочерями направился через Екатерининские ворота Ипатьевского монастыря, навстречу приближавшемуся к стенам этой древней обители торжественному крестному ходу.

Этот необычный для Костромы, по числу участвующих лиц, особой торжественности и благолепию, крестный ход шествовал сначала по берегу Волги, параллельно судам царской флотилии, затем, поднявшись по Пятницкой улице, мимо церкви Св. богоотца Иоакима и Анны, места погребения Великого князя Василия Костромского, продолжал шествие по Мшанской улицe до церкви Св. бессребреников Косьмы и Дамиана. Переждав здесь некоторое время, крестный ход, в сопровождении бесчисленной толпы народа, направился далее, к Ипатьевскому монастырю, через наплавной мост на реке Костроме и прибыл к Екатерининским воротам Ипатьевского монастыря как раз в тот самый момент, когда государь выходил из стен обители.
Вся площадь между Ипатьевским монастырем и Богословской слободой, берег реки Костромы, площадка перед Екатерининскими воротами были сплошь запружены крестьянами из прилегающих и, в XVII столетии, принадлежавших монастырю сел и деревень. Здесь же стояли коробовские белопашцы потомки костромского крестьянина Ивана Сусанина. К ним присоединились члены Костромского общества хоругвеносцев и Костромской Союз Русского народа.
По берегу р. Костромы, у северных стен Ипатьевского монастыря, против места встречи крестного хода с государем, заняли места костромское дворянство и полковые дамы.
Пройдя несколько шагов от Екатерининских ворот, государь встретил крестный ход и, приняв благословение от преосвященного, поклонившись Чудотворному образу Феодоровской Божией Матери, возвратился в стены Ипатьевской обители и направился в Троицкий собор.

В Троицком соборе Ипатьевского монастыря
Император вступил под вековые своды величественного, украшенного чудными фресками, работы царских мастеров XVII столетия, Троицкого собора. Немедленно началась Божественная литургия.
Император встал перед алтарем впереди древнего Царского места, присланного из Москвы царем Михаилом Федоровичем на память в дар Ипатьевскому монастырю. Место это деревянное покрытое художественной резьбой, поставлено впереди южного столба собора. На столбе над Царским местом сохранились фресковые портретные изображения первых царей из Дома Романовых, Михаила Федоровича и Алексея Михайловича, иконного характера, в нимбах.
После окончания богослужения высокие гости осмотрели Троицкий собор. Художник-архитектор Д. В. Милеев, заведовавший реставрацией Ипатьевского монастыря, давал подробные объяснения о произведенных реставрационных работах.

Из храма государь вышел в галерею, окружающую Троицкий собор с южной и западной стороны. Здесь архиепископ Тихон преподнес ему образ Святой Троицы и выразил глубокую благодарность за щедрые средства, отпущенные на ремонт Троицкого собора Ипатьевского монастыря.

После обзора Троицкого соборного храма, император с наследником, в сопровождении архиепископа Тихона, посетил палаты царя Михаила Федоровича, в которых помещается обширное и богатое древлехранилище Костромского церковно-исторического общества. Встреченный во входной палате председателем общества, заведующим древлехранилищем И. Баженовым, государь и сопровождавшие его лица проследовали в главную палату, в которой были сосредоточены находившиеся ранее в ризнице древнейшие иконы Ипатьевского монастыря. Затем государь в остальных комнатах осмотрел церковные предметы древнерусского шитья, как-то пелены, воздухи, плащаницы, надгробные покровы, священные одежды—престольные, архиерейские, иерейские, церковнослужебные ценные сосуды, начиная с золотых (в коих 9 фун. весу), пожертвованных Д. И. Годуновым в 1599 г.; причем особенное внимание государь обратил на драгоценные — цату и рясны, приложенные в 1618 г. царем Михаилом Федоровичем и инокиней Марфой, к Чудотворному Феодоровскому образу Божией Матери.

При выходе из палат бояр Романовых костромской вице-губернатор И. В. Хозиков поднес государю, переплетенный в роскошный парчовый переплет альбом снимков с разных моментов реставрации Троицкого собора Ипатьевского монастыря.

Осмотрев палаты, древние святыни и различные редкости, государь, сев в ожидавший его экипаж, в сопровождении сотни Кизляро-Гребенского полка, проследовал через те же ворота до Царской пристани.
Прибыв на пароход «Межень, царская семья отправилась на завтрак, во время которого хор трубачей Кизляро-Гребенского полка исполнил несколько музыкальных пьес по особой, заранее доложенной министру императорского двора программе:
1. Марш. Привет собств. его величества конвою Томсон
2. Увертюра «Царица лесов» Иванов
3. Попурри из оперы «Жизнь за царя» Глинка
4. Торжественный марш с фанфарами Вронский
5. «Индийская заря» Кристман
6. Отголоски гребня Ипполитов
7. «Вздохи сердца», серенада Сарра
8. Марш «Весна идет» Томсон
Во время игры трубачей Великие княжны сделали несколько фотографических снимков.